Амритачандра

Пурушартха-сиддхи-упая

(«Путь достижения истинной цели человека»)

перевод с санскрита, предисловие и примечания

А.А. Дюранов

Содержание:

  1. От переводчика.
  2. Учение о двух истинах — основа анекантавады.
  3. Джива и карма.
  4. Установка на освобождение.
  5. Истинное воззрение (самьяктва).
  6. Истинное знание (самьяг-джняна)
  7. Истинное поведение (самьяк-чаритра) и основные обеты (ануврата).
  8. Причины и формы нанесения вреда живому.
  9. Основы практики ахимсы.
  10. Ложные оправдания химсы.
  11. Причина и виды лжи.
  12. Нанесение вреда и воровство.
  13. Нецеломудрие.
  14. Привязанность к относительному (париграха) и одержимость (мурччха).
  15. Отказ от принятия пищи ночью (аратри-бходжана).
  16. Дополнительные обеты (шила-врата).
  17. Нарушения истинного воззрения и обетов.
  18. Аскетизм, шесть ежедневных обязанностей, контроль, осторожность, добродетельные качества, темы медитации, «беспокойства».
  19. Заключение.
  20. Примечания.

 

От переводчика:

Данная публикация представляет собой перевод с санскрита трактата известного средневекового джайнского автора Тхакура[1] Амритачандры Ачарьи «Пурушартха-сиддхи-упая» («Путь достижения истинной цели человека»). Этот трактат известен также под названием «Джина-правачана-ахасья-коша» («Сокровищница сущности джайнского учения»).

Среди джайнов Амритачандра почитается как выдающийся автор, комментатор и философ. Он был руководителем джайнской общины и достиг высоких ступеней духовного развития. К сожалению, о жизни Амритачандры подробных сведений не сохранилось, также ничего не известно о его общине, учителях и учениках. Установлено лишь, что авторы, на работы которых ссылался Амритачандра, которых он цитировал и комментировал в своих трудах, жили в период с I в. н. э. до конца IX в. Все авторы, опиравшиеся на работы самого Амритачандры, жили не раньше конца X в. Учитывая также и тот факт, что он, как считают современные джайны, начал руководить общиной в 905 г., время его зрелой жизни можно датировать первой половиной X в. Предполагается, что Амритачандра родился в Центральной Индии, где и прожил всю свою жизнь.

Амритачандра написал несколько комментариев к трудам средневековых джайнских авторов. «Пурушартха-сиддхи-упая» является его основной работой по этике. Этот трактат состоит из 226 строф, написанных размером арья.

«Пурушартха-сиддхи-упая» — это изложение джайнского этического учения, предназначенного для мирских последователей (упасака). Амритачандра, упреждая самые разные вопросы относительно религиозно-этической практики, подробнейшим образом разбирает все обеты и предписания, которым должен следовать джайн. Он не только старается научить мирянина жить праведно, но и ориентирует его на конечное освобождение (мокша). Основным средством достижения мокши, по мысли Амритачандры, является соблюдение принципа ненанесения вреда живому — ахимсы. В трактовке Амритачандры этот принцип становится чрезвычайно важным элементом религиозной практики, истинным средством духовного очищения. Амритачандра чуть ли не единственный автор в джайнской средневековой философской литературе, всесторонне рассмотревший ахимсу как одну из основ духовной культуры религиозного человека.

Перевод выполнен по изданию текста в серии «Священные книги джайнов» (The Sacred Books of the Jainas. Vol. IV. Lucknow, 1933). Издание подготовил Аджита Прасада — юрист, переводчик, издатель газеты, — сопроводив текст переводом на английский язык, а также введением и комментарием на английском. Перевод Аджиты Прасады довольно точно передает содержание трактата, хотя имеют место и спорные моменты. Что касается комментария, то можно сказать, что он сделан в популярной форме. При переводе на русский язык приходилось учитывать и то, что к тексту трактата не написано ни одного авторитетного комментария, — наверное, потому, что он был понятен сам по себе и не вызывал потребности в разъяснении или критике. В связи с этим в процессе работы необходимо было обращаться к большому количеству более ранних средневековых джайнских текстов. Это позволило определить место каждого понятия в системе джайнского этического и философского учения и адекватно перевести почти все термины, за исключением тех, у которых нет эквивалентов в русском языке.

Кроме вышеупомянутого издания существуют еще два перевода трактата Амритачандры на хинди и издание, подготовленное Натхуром Преми в 1905 г. и вышедшее в Бомбее, в серии «Rāyacāndra Jaina Śāstramālā».

Глубоко чту память Татьяны Евгеньевны Катениной, известного специалиста по индийским языкам, оказавшей мне неоценимую помощь в осуществлении данного перевода.

 

Учение о двух истинах — основа анакантавады.[2]

1. Пусть побеждает высочайший свет, в котором, как в зеркале, отражается гирлянда всех объектов [субстанций] вместе со всеми [их] бесконечными проявлениями.

2. Преклоняюсь перед анекантавадой, семенем высшего писания (джайнский канон. — А. Д.), которое препятствует различным утверждениям слепорожденных о слоне[3] и устраняет противоречия всех философских позиций.

3. Внимательно изучив высшее писание, единственное око трех миров, излагаю для тех, кто понимает, этот [трактат] — «Пурашартха-сиддхи-упая».

4. Те, кто знает относительное и абсолютное, прокладывают верный путь в мире. Объяснением главного и второстепенного они устраняют то, что мешает ученикам преодолевать свое невежество.

5. Здесь, [в джайнском учении], абсолютное определяют как истинно сущее, относительное — как феноменальное. Почти весь мир отвернулся от познания истинно сущего.

6. Мудрецы наставляют невежественного в относительном ради обучения, [но] для того, кто постигает только относительное, наставления не [несут смысла].

7. Как детеныш льва кажется [взрослым] львом тому, кто не видел льва, так и относительное кажется абсолютным тому, кто не знает абсолютного.

8. Только тот ученик достигает цели учения, который постигает сущность абсолютного и относительного и становится бесстрастным.

 

Джива и карма.

9. [Сущность] пуруши[4] есть чистое сознание, не доступное осязанию, обонянию, [без] вкуса, цвета, имеющее качества, проявления, наделенное свойствами появляться, пребывать и исчезать.

10. Постоянно изменяясь с безначальных времен из-за иллюзорного знания, он и создает, и сам же претерпевает свои изменения.

11. Когда пуруша обретает [состояние] неизменного сознания, в котором преодолевается вся иллюзия, тогда он выполняет [свое] назначение, достигает своей истинной цели.

12. Частицы вещества сами [собой] становятся [видом] кармы[5], вступив в контакт с изменением, произведенным дживой, только как с [необходимым] условием [«превращения» кармического вещества в вид кармы].

13. Для него, [дживы], изменяющегося в своих собственных состояниях чистого сознания, карма также является только [необходимым] условием изменения.

 

Установка на освобождение.

14. Таким образом, [джива] не слит с состояниями, обусловленными кармой; слитым [с ними он] кажется невеждам. Поистине, эта кажимость — корень мирского существования.

15. Твердость, [обретаемая] устранением привязанности к ложным взглядам и правильным пониманием своей сущности, — это и есть средство для достижения [истинной] цели пуруши.

16. Не принадлежит этому миру [образ] жизни полного отречения, который ведут мудрецы. Следуя этому пути, они никогда не ведут себя неправильно.

17. В том случае, когда [человек] не может принять полное отречение, объяснявшееся неоднократно, ему следует объяснить частичное отречение.

18. Не мудр тот, кто не объясняет пути аскета, а учит только правилам жизни домохозяина. В священном писании его позиция определена как заслуживающая порицания.

19. Ведь из-за беспорядочных наставлений глупца даже ревностный ученик вводится в заблуждение и довольствуется малым.

20. Таким образом, он (ученик. — А. Д.) должен по мере сил постоянно следовать путем освобождения, состоящим из трех [частей]: истинного воззрения, [истинного] знания, [истинного] поведения.

21. При этом вначале всеми силами необходимо достигнуть истинного воззрения, только тогда знание и поведение [становятся истинными].

 

Истинное воззрение (самьяктва).

22. Отвергая извращенность [в воззрении на мир], необходимо всегда верить в дживу, адживу[6] и другие сущности. Такова природа атмана[7].

23. Все эти различные вещи (джива и другие сущности. — А. Д.) полностью объяснены знающими всю реальность. Ни в коем случае не следует сомневаться: «Правда [это] или ложь?»[8]

24. Не следует стремиться к величию, к [положению] царя [или] высшего божества и т.д. в этой жизни и в последующей, а также к любому учению, искаженному односторонностью.

25. Никогда не следует быть беспокойным, какими бы ни были обстоятельства: в голод, в жажду, в жару, холод и т.д., при виде экскрементов и прочего.

26. В этом мире стремящийся к [истинным] категориям никогда не должен быть запутан верой в ложное писание, ложное учение, ложное божество.

27. Ради [развития] добродетели «усиление» (упавримхана) истинная природа души должна раскрываться благодаря сосредоточению на доброжелательности и т.д.; необходимо также умалчивать о пороках другого.

28. В случае отклонения от правильного пути из-за сексуального желания, гнева, гордости и т.д. необходимо усилить аргументацией свое знание и [знание] другого.

29. Необходимо постоянно поддерживать высшую любовь к ахимсе, к учению, ведущему к счастью конечного освобождения, а также любовь ко всем единоверцам.

30. Пусть душа всегда укрепляется силой Трех Драгоценностей[9], а учение Победителя (Джины Махавиры. — А. Д.) — высокой степенью щедрости, аскетизма, почитания Победителя и знания.

 

Истинное знание (самьяг-джняна).

31. Обладающие истинным воззрением, основанным на высказанном, всегда заботящиеся о душе, старательно усвоив истинное знание с помощью священных текстов, логических рассуждений и созерцания, должны служить [истинному знанию].

32. Знание неразрывно связано с воззрением, [но] из-за того, что они отличаются друг от друга по [некоторым] признака[10], желательно раздельное овладение ими.

33. «Победители» (джайнские святые. — А. Д.) называют истинное воззрение причиной, а истинное знание — следствием, поэтому овладение истинным знанием желательно после [достижения] истинного воззрения.

34. Хотя воззрение и знание возникают одновременно, легко увидеть, [что между ними существует] отношение причины и следствия, подобно [отношению между] светильником и светом.

35. Необходимо стремиться к познанию реально существующих, многосторонних по своей природе категорий[11]. Такое [познание], свободное от сомнения, извращенности, непонимания, представляет собой природу атмана.

36. [Истинное] знание следует обретать [правильным] воспроизведением слов, [знанием их] значений, тем и другим [вместе, регулярно и] в [подходящее] время, с почтением, надлежащим поведением, рвением, неутаиванием [знания и его источников].

 

Истинное поведение (самьяк-чаритра) и основные обеты (ануврата).

37. Те, кто устранил иллюзию, [омрачающую истинное] воззрение, познал [истинным] знанием значение категорий и всегда неколебим [по отношению к миру], должны следовать истинному поведению.

38. Не принимается определение «истинное» [относительно] поведения, сопровождаемого незнанием; поэтому достижение [истинного] поведения изложено после [объяснения истинного] знания.

39. Поведение становится свободным от всех страстей, чистым и уравновешенным благодаря исключению всей нежелательной активности. Такова природа атмана.

40. [Истинное] поведение бывает двух видов, [в зависимости] от полного или частичного прекращения нанесения вреда, лживой речи, воровства, нецеломудрия, привязанности к относительному.

41. Посвятивший [себя] абсолютному отречению становится святым, воплощением сущности учения, а посвятивший [себя] частичному отречению становится [мирским] последователем.

 

Причины и формы нанесения вреда живому.

42. О лжи и других [пороках] говорится только для обучения ученика. Все это [формы] химсы, так как они вредят [благотворному] изменению атмана.

43. Несомненно, причина нанесения вреда жизненным силам — деятельность, осуществленная под [влиянием] страсти. Поистине это химса.

44. Несомненно, невозникновение страстей — ахимса, их же возникновение — химса. [Такова] сущность джайнского учения.

45. Когда следуют [истинному] поведению без порывов страстей и при этом происходит повреждение жизненных сил, то химсы как таковой еще нет.

46. При небрежении долгом, возникшим в силу страстей, химса «бежит впереди», [независимо от того], будет ли убито живое или нет.

47. Потому что из-за страсти атман через самого себя наносит вред в первую очередь самому себе, [неважно], будет ли при этом нанесен вред другим живым существам.

48. Жизненная сила всегда повреждается при бесконтрольной активности [тела, речи, ума], поэтому непрекращение химсы и ее увеличение есть химса.

49. Несомненно, человек не совершает даже малейшей химсы [одаой только] связью с внешними объектами, но все же для полного очищения состояний [дживы] необходимо отречься от [внешней] области химсы[12].

50. Тот, кто не знает абсолютной истины, но прибегает к ней, — глупец: безразличный к внешнему действию, он нарушает [истинное] поведение.

51. [Бывает так, что] кто-то, даже не совершив химсы, получает ее плоды, другой же, совершив химсу, не получает ее плоды.

52. Незначительная химса одного человека дает со временем значительный результат, большая же химса другого [человека] приносит в итоге незначительные плоды[13].

53. Последствия химсы, совершаемой одновременно [двумя людьми], будут различными: для одного они окажутся более серьезными, чем для другого.

54. Химса дает плоды до [совершения], дает плоды при совершении, дает плоды и после совершения; одно [только] намерение совершить химсу приносит плоды еще до совершения — из-за переживания химсы.

55. Химсу совершает один, [но] многие получают [ее] плоды; многие совершают химсу, [но] один становится обладателем [ее] плодов[14].

56. Одному [созревшая] химса приносит плод химсы во время «плодоношения», другому та же химса приносит только большой плод ахимсы.

57. В результате одному ахимса дает плод химсы, иному же химса приносит плод ахимсы, и не иначе[15].

58. Блуждающим в этой непроходимой чаще различных утверждений оказывают помощь учителя, знающие множество отношений между вещами.

59. Знание высочайшего Победителя [подобно] неотвратимо [действующему диску] с исключительно остро отточенным краем: если его применят неискушенные, он сразу «отсекает им головы».

60. Поняв сущность объекта, субъекта[16] и результата химсы, принимающие [учение] должны избегать химсы [всеми] своими силами.

 

Основы практики ахимсы.

61. Стремящиеся устранить химсу в первую очередь должны постараться отказаться от вина, мяса, сластей, плодов пяти [видов] смоковниц.

62. Вино затемняет ум, помутненное сознание забывает дхарму; джива, забывший дхарму, без колебаний совершает химсу.

63. Сказано, что вино — место рождения многих джив, зарождающихся в жидкости; химса неизбежно совершается теми, кто употребляет вино.

64. Гордость, страх, отвращение, насмешки, недовольство, печаль, сексуальное желание, гнев и т.д. — формы химсы, источник их всех — вино.

65. Сказано: нет добычи мяса без разрушения жизненных сил, поэтому химса неотвратимо совершается [теми, кто] любит мясо.

66. Если это плоть буйвола, быка и других животных, умерших своей смертью, даже тогда совершается химса, поскольку с ней (с плотью. — А. Д.) уничтожаются мельчайшие живые существа.

67. В кусках сырого мяса, а также во время его приготовления [в нем] постоянно возникают мельчайшие живые существа.

68. Тот, кто ест куски сырого или приготовленного [мяса] или касается их, убивает сонмы живых существ, постоянно скапливающихся [в них].

69. В мире даже маленький кусочек [добытого] меда связан с нанесением вреда пчелам; глупец, любящий мед, становится великим разрушителем.

70. [Даже если кто-то] может получить мед хитростью, [т. е. без нанесения вреда пчелам], или если мед сам выпадает из сот, все равно химса совершается из-за разрушения живого, [нашедшего] там (в меде. — А. Д.) субстрат [жизни].

71. Мед, вино, сливочное масло, приготовленное [мясо] быстро портятся. Принявшие обеты не [должны их] есть: в них [находятся] соответствующие виды живых существ.

72. Плоды двух [видов] смоковниц, [а также плоды] плакши, баньяна, пиппалы — место рождения подвижных джив, поэтому употребление их в пишу — химса.

73. [Если] же эти [плоды] со временем высохнут и лишатся подвижных существ, то у тех, кто их ест, может появиться химса в виде пристрастия к ним и т.д.

74. Устранив эти восемь вредных, труднопреодолимых, греховных причин [химсы], чистые умом становятся достойными обучения закону Победителя.

75. Те, кто неспособен отказаться от причинения химсы неподвижным существам даже слушая учение об ахимсе, должны отказаться хотя бы от химсы подвижным существам.

76. Полное отречение — девяти видов: совершенное [самим лицом], [совершенное] с его одобрения, совершенное [им] через посредника, [и при этом каждое отречение осуществляется] через речь, тело и ум. Неполное же отречение многообразно.

77. Миряне, получая продукты путем уничтожения небольшого количества существ с одним органом чувств, должны прекратить убиение остальных неподвижных существ.

78. Постигнув высшую сущность ахимсы, являющуюся источником бессмертия, не следует смущаться, видя несообразность [поведения] невежественных людей.

 

Ложные оправдания химсы.

79. Не следует ложно понимать учение и наносить вред живым существам, [думая]: «Священное учение хитроумно, ради него совершить химсу — не грех».

80. [Или:] «Учение берет начало от богов, [поэтому] все может быть принесено им в жертву». Нельзя придерживаться такого взгляда, основанного на ложном рассуждении, и убивать живые существа.

81. Не убивай животное для гостя, думая так: «Нет проступка в убиении козла и т.д. ради уважаемого человека».

«Кушанье, приготовленное из одного убитого живого существа, лучше, чем приготовленное из множества убитых живых существ».

83. Не убивай хищных живых существ, думая, что уничтожением одного живого осуществляется защита многих.

84. «Эти [хищные] дживы, убивающие много живых существ, виновны в большом грехе». Не убивай хищных живых существ из сострадания [к их жертвам].

85. Не убивай и страждущих, вооружившись таким ложным доводом: «Если убить тех, кто сильно страдает, то их страдания тотчас прекратятся».

86. Не убивай и счастливых, используя такое рассуждение: «Счастье достается трудно; счастливые, [если их] убить, [останутся] счастливыми».

87. Ученик из жажды религиозной заслуги не должен убивать своего учителя, длительной практикой достигшего такой глубины самадхи, которая ведет к счастью обретения [освобождения].

88. Не верь в мгновенное освобождение «кувшин — воробей», [которое проповедуют своим] ученикам кхарапатики[17] жадные даже до ничтожного имущества.

89. И не убивай себя в порыве [чувства], чтобы отдать свою плоть в пищу, увидев приближающегося к тебе человека, у которого живот подвело от голода.

90. В самом деле, кто же, имея ясный разум, получив наставления учителей, искушенных в понимании отношений между вещами, познав тайну джайнского учения, несущий в своем сердце ахимсу, будет впадать в заблуждение?

 

Причина и виды лжи.

91. Любая неправильная речь, высказанная на основе бесконтрольной активности [тела, речи и ума], считается ложью. Существует четыре вида [лжи].

92. Первый [вид] лжи — когда отрицается существование объекта в отношении к его месту, времени, состоянию. Например: «Девадатты здесь нет», [хотя он здесь].

93. Объект как таковой отсутствует здесь, [но] утверждается [его существование] в отношении к не принадлежащему ему месту, времени и состоянию. Это второй [вид] лжи, когда, например, [утверждается]: «Кувшин находится [здесь]», [хотя его нет].

94. Вещь существует, но вместо [того чтобы сказать о] ее собственном качестве, ей приписывается чужое. Например, о лошади говорят «корова». Это третий [вид] лжи.

95. Три вида речи — заслуживающая порицания, предосудительная, причиняющая боль — обычно считаются четвертым [видом] лжи.

96. Та [речь] заслуживает порицания, которая не рекомендована сутрами: клевета, насмешка, грубость, несуразность, бессмысленная болтовня и прочее.

97. Речь, [вовлекающая] в разрезание, разрывание, убиение, пахание, торговлю, воровство, — это предосудительная [речь], которая способствует уничтожению живого и т. п.

98. Речью, причиняющей боль, следует считать речь, вызывающую беспокойство, страх, страдание, вражду, печаль, раздор, а также любую, которая является причиной горя другого [человека].

99. Поскольку все эти [виды речи] имеют одну причину — бесконтрольную активность [тела, речи, ума], постольку химса всегда присутствует в ложной речи.

100. Поскольку указано, что бесконтрольная активность — причина всех ложных речей, [постольку] проповедь отречения и религиозной практики не будет ложной.

101. Те, кто неспособен устранить предосудительную речь как единственное [средство добычи] предметов потребления, должны навсегда устранить остальные виды лжи.

 

Нанесение вреда и воровство.

102. Присвоение [человеком] из-за своей бесконтрольной активности того, что ему не принадлежит, считается воровством. Это тоже химса, потому что она причиняет вред.

103. Человек, который лишает другого собственности, лишает его жизненных сил, ибо для человека собственность — внешняя жизненная сила.

104. Химса и воровство не исключают друг друга. Она (химса. — А. Д.) возникает без труда, потому что в присвоении собственности, принадлежащей другому, [реализуется] бесконтрольная активность, [вызывающая химсу].

105. [Но] оба они не содержатся друг в друге полностью, поскольку химса не возникает тогда, когда кармическое вещество присваивают [люди], свободные от страстей, потому что [в этом случае] нет единственной причины [химсы] — бесконтрольной активности.

106. Те, кто неспособен прекратить взятие колодез- ной воды (джайны-миряне. — А. Д.), должны отказаться от всего другого — от того, что им не принадлежит.

 

Нецеломудрие.

107. Нецеломудрием названо соитие, [происходящее] от сексуальной страсти. Здесь всегда бывает химса, потому что при [соитии] имеет место разрушение [жизни].

108. Как семена кунжута сгорят в сосуде, если туда положить [кусок] горячего железа, так и множество джив погибают во влагалище во время соития.

109. Когда наслаждение осуществляется извращенным путем, от неумеренной страсти, тогда тоже совершается химса, потому что здесь [ее] причина — страсть.

110. Те, кто неспособен из-за кармы оставить своих жен, не должны получать удовольствия от любых других женщин.

 

Привязанность к относительному (париграха) и одержимость (мурччха).

111. То, что называют «одержимостью», следует по-нимать как привязанность к относительному. Одержимость, в свою очередь, есть вызванное действием кармы следствие чувства любви к чему-либо близкому.

112. Из определения [париграхи как] одержимости [следует], что привязанность к относительному ее включает. Считается, что одержимые, даже не имея никаких связей с [мирской жизнью, все равно] обладают собственностью.

113. Если это так, тогда [можно было бы сказать, что] привязанность к относительному — это вообще не есть нечто внешнее. Привязанность к относительному — причина, обусловливающая одержимость.

114. Если [кто-нибудь скажет]: «Раз так, то привязанность к относительному — это то же самое, что и [одержимость]». Но [это возражение] неверно. [Например], когда бесстрастный [джива] соединяется с кармой, [у него] не возникает одержимости, [тогда как привязанность к относительному остается].

115. Короче говоря, [привязанность к относительному] — двух типов: внутренняя и внешняя. Первая — четырнадцати видов, вторая — двух.

116. Ложное воззрение, стремление к сексуальному наслаждению, шесть пороков — смешливость и т.д., — а также четыре страсти — таковы четырнадцать [видов] внутренней привязанности[18].

117. Два вида внешней привязанности таковы: [по отношению к] объектам, обладающим сознанием, и [по отношению к объектам,] не обладающим им. Вся эта привязанность к мирскому всегда сосуществует с химсой.

118. Учителя, знающие Закон Победителя, называют устранение обоих [видов привязанности] ахимсой, а их существование — химсой.

119. Химса коренится во внутренних привязанностях, именно [в них] она обнаруживается со всей очевидностью. При [связи дживы] с внешними объектами химса, несомненно, следует из одержимости.

120. [Можно было бы сказать, что] в каком-то смысле нет разницы между [одержимостью коварного] кота и [одержимостью] молодой лани и т.д. Нет, есть — из-за различия [в силе] их одержимости.

121. Одержимость слаба в молодой лани, пасущейся на зеленой травке, но сильна в коте, убивающем много мышей.

122. Несомненно, характер следствия должен определяться характером причины, подобно различию в ощущении сладости [при употреблении] молока или сахара.

123. При [употреблении] молока сладость [ощущается] слабая, [поэтому] и любовь к сладкому слаба; при [употреблении] сахара [ощущается] сильная сладость, [поэтому и] любовь к сладкому оказывается сильной.

124. [Для достижения] веры в категории в первую очередь [должно быть] устранено ложное воззрение[19], а также четыре первичные страсти, омрачающие правильное воззрение.

125. [Миряне] достигают частичного выполнения обетов, преодолев вторичные пороки, ведь эти пороки постоянно препятствуют частичному выполнению обетов.

126. Необходимо устранить всю оставшуюся внутреннюю привязанность к относительному посредством сосредоточения на смирении, чистоте и т.д.

127. Оставшаяся [привязанность к] одушевленным и неодушевленным [объектам] должна быть устранена, поскольку от внешней привязанности возникает нежелательная бесконтрольность [действий].

128. [Если принявший обеты] не может оставить зерно, слуг, дом, деньги и т.д., он должен ограничить [их потребление], потому что истинная мудрость — отречение.

 

Отказ от принятия пищи ночью (аратри-бходжана).

129. Химса неизбежно совершается [теми], кто ест по ночам. Отстранившиеся от химсы должны прекратить прием пищи ночью.

130. При отсутствии отречения [от приема пищи по ночам] химса не преодолевается, вследствие неизбежного действия страстей. Как же химсе не возникнуть, [если] есть и днем, и ночью?

131. [Можно сказать]: «Раз так, то прекратим питаться днем, а ночью будем принимать [пишу], тогда не будет столь [много] химсы».

132. Нет, это не так. Желание поесть ночью сильнее, чем днем, как [желание] съесть кусочек мяса [сильнее], чем съесть кусочек хлеба.

133. Каким образом [человек], принимающий пищу в отсутствие солнечного света, пусть даже и при светильнике, может прекратить причинять химсу мельчайшим живым существам, находящимся в пище?!

134. Зачем много говорить?! Установлено: тот, кто отказывается от принятия пищи ночью [или от намерений сделать это] посредством ума, речи, тела, постоянно соблюдает ахимсу.

135. Итак, те, кто желает себе блага, всегда старательно продвигаются по троичному пути и вскоре достигают освобождения.

 

Дополнительные обеты (шила-врата).

А. Гуна-брата:
обет ограничения пространства деятельности (диг-врата),
обет отречения от места (деша-врата),
обет отречения от вредных действий (анартха-данда-врата)

136. Дополнительные обеты охраняют основные [обеты, подобно тому] как стены [защищают] города, поэтому дополнительные обеты должны тоже соблюдаться для укрепления основных.

137. Определив границы во все стороны по хорошо известным приметам, необходимо твердо соблюдать прекращение [деятельности за этими границами] в восточном и других направлениях.

138. Тот, кто действует в ограниченной области пространства, полностью соблюдает обет ненанесения вреда [и в остальных местах] благодаря абсолютному прекращению [деятельности] вне [определенной области пространства].

139. Затем необходимо совершить отречение от места, установив временной предел пребывания в деревне, на рынке, дома, на улице и т.д.

140. Совершив такое отречение [от деятельности] на большом пространстве, чистые духом определенное время [фактически] придерживаются обета абсолютной ахимсы благодаря полному прекращению химсы, которая [могла бы] там возникнуть.

141. Не следует думать об охоте, победе, поражении, воровстве, потому что от них одно зло.

142. [Не следует] никогда давать вредного совета человеку, живущему ученостью, торговлей, написанием документов, земледелием, службой, искусством и ремеслами.

143. Без причины не нужно копать землю, уничтожать деревья, топтать траву, разбрызгивать воду и т.д. Нельзя срывать листья, плоды, цветы.

144. Необходимо старательно избегать вручения [кому-либо] орудий химсы: ножа, яда, плуга, огня, меча и т.д.

145. Никогда не следует слушать, запоминать, рассказывать и т.д. бессмысленных и скверных историй, которые возбуждают чувственность и т.д.

146. Необходимо тщательно избегать азартной игры — первого из всех зол, разрушающего чистоту, обители обмана, вместилища воровства и лжи.

147. Тот, кто, обдумав, отказывается от этой и подобной ей вредной деятельности, обязательно достигает полного совершенства [в исполнении] обета ахимсы.

 

Б. Дисциплинарные обеты (шикша-врата):
обет полного воздержания от вредоносной активности
в течение 48 минут (самаика-врата)
обет поста (пошадха-упаваса-врата)
обет ограничения потребления вещей
(бхога-упабхога-паринама-врата)
обет даяния (дана-врата)
обет ухода из жизни при неотвратимости смерти (саллекхана-врата)

148. Находясь в постоянном отречении от любви и ненависти, бесстрастно относясь ко всему, необходимо практиковать самаику[20] — основу достижения сущности [дживы].

149. [Самаику] необходимо настойчиво совершать в конце дня и в конце ночи. [Но если самаика] совершена в другое время суток, то [она тоже] совершена не во зло, а к добру.

150. Те, кто достиг бесстрастия благодаря прекращению всей предосудительной деятельности [ума, тела, речи], выполняют полные обеты, даже если действует [карма], омрачающая [истинное] поведение.

151. Чтобы усилить постоянное, ежедневное совершение самаики, необходимо поститься [не реже] двух раз в месяц.

152. Следует начать пост в середине дня, предшествующего дню поста, полностью освободившись от [мирских] занятий, устранив привязанность к телу и т.д.

153. Уединившись в отдельном помещении, прекратив предосудительную деятельность, необходимо прекратить [контакт] со всеми чувственными объектами и сдерживать [активность] ума, тела и речи.

154. Проведя день в праведной медитации[21], совершив вечером самаику, необходимо провести ночь на чистой подстилке, побеждая сон изучением [священных текстов].

155. Встав на заре, совершив необходимые для этого времени суток обряды, нужно, как предписано, осуществить почитание Победителя [с помощью] предметов, не содержащих живое[22].

156. Затем, проведя указанным способом день и вторую ночь, необходимо [с тем же] рвением провести и половину третьего дня.

157. Тот, кто таким образом прекращает всякую предосудительную [деятельность на] шестнадцать страж (48 часов. —А. Д.) без сомнения, [в течение этого поста] полностью выдерживает обет ахимсы.

158. Несомненно, однократное и повторяющееся потребление [вещей] причиняет вред неподвижным [живым существам]. Благодаря прекращению этих видов потребления будет исключен даже малейший вред.

159. Нет лжи благодаря контролю над речью, нет воровства [благодаря] отречению от всего чужого, нет нецеломудрия у отказавшегося от соитий, нет одержимости [ввиду отсутствия] привязанности даже к [собственному] телу.

160. Тот, кто уничтожает таким способом всю химсу, в определенном смысле достигает полного выполнения обетов, но не достигает [полного] самоконтроля, [потому что действует] при наличии [кармы], омрачающей [истинное] поведение.

161. Однократное и повторяющееся потребление [вещей] — причина [совершения] химсы частично отрекшимся. Это так, а не иначе. Поняв сущность вещей и [рассчитав] свои силы, [необходимо] отказаться от обоих [видов потребления][23].

162. Необходимо прекратить [употребление] всех анантакая[24]: при намерении разрушить одного [дживу] гибнет бесконечное множество [других].

163. И масло, место рождения большого количества джив, [должно быть] исключено из питания. Его называют запретным [продуктом], даже если оно какое-то время остается чистым в своей массе (т. е. топленым и процеженным. — А. Д.).

164. Мудрый человек, в соответствии со своими силами, должен отречься и от незапрещенного потребления[25]. [Если] невозможно отказаться [полностью], необходимо ограничить [время] потребления и днем, и ночью.

165. Далее, необходимо ежедневно устанавливать предел внутри уже установленных пределов, в соответствии со своими силами в это время.

166. Тот, кто довольствуется подобным ограниченным потреблением и значительно его сокращает, превосходно соблюдает ахимсу благодаря прекращению большой части химсы.

167. Ради взаимного блага, в соответствии с предписанием, обладающий качествами подателя должен обязательно отдать часть определенных вещей гостю, чье тело [нагое], как у [ново]рожденного.

168. Правилами [подаяния] считаются: добрый прием [гостя], [усаживание его на] высокое место, омовение ног, почитание, поклон, чистота речи, тела, ума, чистота пищи.

169. Качества подателя таковы: безразличие к мирской выгоде, отсутствие гнева, искренность, отсутствие недоброжелательности, свобода от печали и радости, отсутствие заносчивости.

170. Только та вещь должна быть предложена, [которая] помогает [индивиду освоить] учение и практику аскетизма, но не та, которая порождает привязанность, отвращение, невоздержанность, опьянение, страдание, страх и т.д.

171. Известны три вида получателя [милостыни], отличающиеся по качествам, ведущим его к освобождению: не отрекшийся, но с праведным воззрением; не полностью отрекшийся; полностью отрекшийся.

172. Поскольку при подаянии устраняется жадность — проявление химсы, постольку подношение гостю считается прекращением химсы.

173. Как же не считать жадным того, кто не подает добродетельному, пришедшему в дом гостю, живущему подобно пчеле, не вредя другим [живым существам]?!

174. [Мирянин] подает аскету из того, что он приготовил для себя. [Тот, кто] совершает подношение с любовью, без недовольства, уныния и жадности, творит ахимсу.

175. «Только с ее помощью я смогу сохранить в [будущем] достигнутое мною». Необходимо постоянно, преданно думать о саллекхане в конце [жизни][26].

176. Надо постоянно сосредоточиваться на мысли: «При приближении смерти я непременно должным образом совершу саллекхану. [Поэтому] заблаговременно буду соблюдать этот дополнительный [обет]».

177. Во время совершения саллекханы, при несомненном приближении смерти, страсти слабы; совершающий [саллекхану] не [совершает] самоубийства, ибо нет у него чувства любви и т.д.

178. Тот действительно самоубийца, кто, охваченный страстью, разрушает жизнь остановкой дыхания, водой, огнем, ядом, оружием.

179. Здесь, [в саллекхане], страсти — причины химсы — сведены к малому, поэтому ее называют [одним из средств достижения] ахимсы.

180. Подобно девушке, выбирающей мужа, богиня конечного освобождения[27] сама выбирает того, кто ради укрепления [основных] обетов постоянно соблюдает все дополнительные обеты.

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. Тхакур (тхаккар) — титул, который, вероятно, указывает на высокое социальное происхождение Амритачандры.
  2. Тематическое деление текста принадлежит переводчику.
    Все содержание джайнского учения — его онтология, теория познания, этика, психология — обосновывается логико-философской методологией, которая называется анекантавада и представляет собой способ многостороннего исследования организации реальности. Она включает анализ (наявада) и синтез (сьядвада). Наявада — это метод определения основных способов понимания реальности и точного выражения знаний в языке, а также его правильного использования. Сьядвада является методом определения любого объекта посредством суждений, предикаты которых имеют три значения: существование, несуществование и невыразимость. Каждое суждение начинается с выражения «некоторым образом» (сьят), которое подчеркивает его ограниченность.
  3. Для иллюстрации анекантавады джайны часто приводят притчу о слоне и слепорожденных. Когда слепые, не знавшие, что такое слон, наткнулись на него, они стали высказывать различные мнения о его форме. Один из них, схватив слона за ухо, сказал, что он подобен большому пальмовому листу. Другой, ухватившись за его ногу, утверждал, что животное имеет форму столба. Подобным образом делали свои выводы и остальные слепые, держа слона либо за хобот, либо за хвост и т.д. Каждый из них говорил, что его мнение правильно, а мнения других — нет. Но тут к ним подошел зрячий и объяснил, что все они высказывают лишь часть правды о слоне и заблуждаются в целом. Отсюда вывод: любая философия, рассматривающая реальность только под одним углом зрения, подобна слепорожденному.
  4. Понятия пуруша, атман, джива синонимичны, они употребляются для обозначения индивидуальной души, но из них только «джива» имеет значение категории, обозначающей одну из субстанций. Джива определяется как чидатман («чистое сознание», «чистая мысль»). Этим подчеркивается его независимость от материи. Как субстанцию его можно характеризовать следующим образом: «Не существует ни возникновения, ни исчезновения субстанции, именно проявления создают исчезновение, возникновение, пребывание» (Kundakunda. Pañcāstikāyasāra. Arrah, 1920. P. 11); а также: «Хотя он [джива] претерпевает смерть, [он] неразрушим и несоздаваем; рожденный бог, умерший человек — это проявления [лживы]» (Ibid. P. 18). Отношения субстанции и качеств Кундакунда определяет как «равнозначность, единство, неотделимость, органичность» (Ibid. P. 56). Освобожденный джива (сиддха) обладает безграничным «воззрением, знанием, счастьем, силой» (Nemicandra. Dravya-saṃgraha. Arrah, 1917. P. 50).
  5. Карма — в джайнизме особое вещество, взаимодействующее с дживой. Кундакунда так говорит о взаимодействии дживы и кармы: «Атман, формирующий свои собственные состояния, — единственный их создатель, но не [создатель состояний] кармической материи; карма существует в своих собственных состояниях, точно так же джива [осуществляет] себя в своих состояниях, [обусловленных] кармой» (Kundakunda. Op. cit. P. 67-68). И еще: «Атман изменяет свое состояние своими состояниями, находящаяся здесь [же] материя, проникая в атман, проявляется как состояние кармы» (Ibid. Р. 71 ).
  6. Аджива — «неживое», категория джайнской философии.
  7. Природа атмана состоит в свободе от подобной извращенности.
  8. В сутрах 23-30 дается перечисление восьми опор истинного воззрения. Это: отсутствие сомнений относительно истин (нихшанкита), проповедуемых всеведующими (кевалин); отсутствие интереса к мирским удовольствиям и к ложным учениям (нихканкшата); отсутствие отвращения (нирвичикитсата); неприятие ложной веры (амудха-дришти); усиление воззрения через развитие доброжелательности и других качеств, умалчивание о пороках единоверцев (упабрихана); поддержание веры в случае отклонения с истинного пути (стхити-карана); любовь к учению и единоверцам (ватсалья); работа, направленная на укрепление и распространение учения (прабхавана).
  9. Три Драгоценности (ратнатрая) — истинное воззрение, истинное знание и истинное поведение.
  10. Определение истинного воззрения дается в сутре 22, а истинного знания — в сутре 35.
  11. Имеются в виду основные категории джайнизма (таттвы) которые обозначают субстанциальные сущности в джайнской картине мира и описывают различные процессы во взаимодействии дживы и кармы. В зависимости от контекста слово таттва переводится как «сущность», «реальность», «категория».
  12. То есть от связи с внешними объектами.
  13. Количество присоединяемой кармической материи зависит от силы страсти, толкающей на совершение химсы.
  14. Если один совершает химсу, а другие внутренне солидарны с ним, то и они считаются виновными в химсе. Если люди под страхом смерти, потери семьи и т. п. вынуждены выполнять приказания какого-нибудь правителя, то
    тот, кто, движимый страстью, вынуждает других совершать химсу, и будет единственным ответчиком за нее.
  15. В сутрах 56, 57 разбирается отношение субъекта к химсе, им непосредственно не совершаемой: если во время совершения химсы один сочувствует жертве и пытается, не причиняя вреда другим, помочь ей, а другой занимает противоположную позицию, то, даже если химса совершается, первый получает благоприятную карму, второй — неблагоприятную.
  16. Объект — живое существо, субъект — джива.
  17. К сожалению, не удалось выяснить, что представляла собой неджайнская секта кхарапатиков. Но из сутры нетрудно понять, в чем заключался смысл «учения» этой секты: душа все равно достигнет освобождения после смерти тела, поэтому стремиться стать более нравственным необязательно. Одно из значений санскритского слова кхара — грубый. Очевидно, что эта секта не имела широкого распространения, поскольку о ней не упоминают ни другие авторитетные джайнские работы, ни буддийские тексты.
  18. Шесть пороков (доша, или нокашая): смешливость (хасья), веселость (рати) уныние (арати), печаль (шока), страх (бхая) отвращение (джугупса). Эти пороки вызывают приток кармического вещества к дживе и тем самым затрудняют осуществление праведного поведения. Страсти (катая) — это гнев (кродха), гордость (мана), хитрость (майя), жадность (лобха).
  19. Ложное воззрение (митхьятва) включает в себя: 1) неправильное понимание природы дживы, адживы и т.д., — например, веру в то, что джива смертен; 2) сомнение относительно истинности праведного воззрения; 3) отождествление всех богов, учителей, священных писаний; 4) приверженность к выработанным привычкам (это воззрение развивается в процессе воспитания ребенка в неджайнской среде); 5) превратное понимание истины и заблуждения; 6) ложное воззрение, присущее живым существам низкого уровня развития; 7) воззрение, которое допускает проявление страстей и насилие. .
  20. Самаша-врата — первый дисциплинарный обет. Это полное воздержание от совершения «пяти зол»: нанесения вреда, неправдивости, нецеломудрия, привязанности к относительному миру, воровства. Самаика проводится в течение 48 минут (1 мухурта), посвященных медитации или чтению священных текстов (свадхьяя). В это время тело, речь, ум должны полностью контролироваться, чтобы избежать нанесения вреда и т.д. Самаика начинается с поклонения освобожденным (архат, сиддха), руководителям общины монахов (ачарья), наставникам (упадхьяя) аскетов или монахов, самим монахам. Затем мирянин начинает медитацию, в которую входят: 1) пратикрамана — перечисление совершенных проступков и раскаяние в их совершении; 2) пратъякхьяна — решение не совершать проступков в будущем; 3) сомаика-карма — отречение от личных привязанностей и развитие чувства отчуждения от тела; 4) стути — восхваление двадцати четырех тиртханкаров; 5) вандана — почитание одного из тиртханкаров; 6) кайотсарга — отсутствие малейшего внимания к телу и погружение в созерцание духовного «я» (вместо кайотсарга можно заниматься изучением священных текстов). Самаика может совершаться в храме, в доме, в тихой роще — в любом спокойном месте, не связанном с пороками.
  21. Праведная медитация (дхарма-дхьяна) — это обдумывание наставлений Джины (аджия-вичая); размышление о том, что пагубно для духовного роста (арая-вичая); размышление о последствиях действия кармы (випака-вичая); уяснение структуры Вселенной (самотхана-вичая).
  22. У дигамбаров почитание (пуджа) Победителя включает следующие элементы: а) омовение образа Победителя чистой водой, б) подношение (дар, приветствие, поклон), в) восхваление, г) чтение молитв. Все, что подносится как дар, должно быть осмотрено: ни на чем не должно быть живого — речь идет прежде всего о насекомых.
  23. Бхога-упабхога-паринама-врата — это обет ограничения использования предметов, которые доставляют наслаждение, или обет ограничения средств существования. Понятие бхога обозначает предметы, не только доставляющие однократное наслаждение (пища, бетель, благовония, мази и т.д.), но и такие действия, как купание, наслаждение прохладой и т.п. Упабхога употребляется для обозначения использования дома, лошадей, женщин, одежды, украшений и наслаждения ими.
  24. Анантакая — это растения, которые запрещено употреблять в пищу или из которых нельзя готовить лекарства. Одно такое растение является общим телом (кая) для бесчисленного (ананта) количества джив. Основная характеристика анантакая — вегетативное размножение. Например, куркума, кардамон, чеснок, морковь и другие растения — это анантакая.
  25. Имеется в виду абсолютное отречение от потребления, даже от того, которое не запрещено обычаем.
  26. Саллекхана-врата — последний дисциплинарный обет. Это оставление тела при неотвратимости смерти в случае несчастья, голода, старости, болезни, а также ради сохранения достигнутой духовности. Саллекхана осуществляется посредством усиления поста до крайней степени: удерживая высочайшим напряжением сознания пять священных формул, необходимо оставить тело. Пять священных формул выражают преклонение перед освобожденными архатами и сиддхами, ачарьями, наставниками-упадхьяя, садху.
  27. Амритачандра использует метафору; на самом деле богини, отвечающей за освобождение джив, в джайнском учении нет.
Copyright © 2019 ДЖАЙНОЛОГИЯ.РУ