Келим Л.Ю.

Индия. Джайны приспосабливаются к глобализации.

Летом 2003 г. представители джайнской общины в Москве обратились в Институт востоковедения РАН с просьбой рассмотреть возможность проведения совместного индийско- российского миротворческого марша из Дели в Москву с целью пропаганды принципа ненасилия, причем главным участником этого марша должен был стать джайнский монах-аскет.

Необычное предложение на некоторое время привлекло внимание российской научной общественности к джайнизму. Возможно, это и было основной целью инициаторов марша.

Джайнизм — одно из древнейших учений Индии. Джайны не признают авторитета ведических писаний, не верят в существование бога-творца. Объектом поклонения для них являются учителя-тиртханкары (букв, «создатель переправы, брода, пути»), которые, по поверьям адептов джайнизма, периодически вновь воплощаются (реинкарнируются) для проповедования и обновления учения. Согласно преданиям джайнов, их религия существует чуть ли не с доисторических времен, и в древности была распространена по всей Индии.

Джайнская община разделена на два основных толка дигамбаров («одетые пространством») и шветамбаров («одетые в белое»), каждый из которых распадается еще на несколько религиозных течений. Общая численность джайнской общины составляет около 4 млн приверженцев в Индии и еще около 100 тыс. за ее пределами.

Джайны-миряне успешны в бизнесе, занимают высокие позиции в правительстве, юриспруденции, военном деле[1], активны в политической и социальной жизни страны. Духовная практика джайнских аскетов направлена на достижение освобождения души от сковывающих ее уз материи. Чтобы воспрепятствовать возникновению в душах своих привязанностей к материальному миру монахи все время странствуют, им нельзя пребывать на одном месте более месяца, за исключением сезона дождей. Канон запрещает монахам пользоваться современными видами транспорта, поэтому их странствия, преимущественно пешие, ограничиваются в основном пределами Индии.

Предполагавшийся марш из Дели в Москву также должен был быть пешим. Это первая в истории джайнизма попытка организовать поход на столь далекое расстояние. При этом предполагалось, что марш будет публичным, и монаха будут сопровождать ученые, журналисты из группы информационной поддержки и даже полевая кухня. Однако сложность проекта заключалась в том, что поход протяженностью в 14 тыс. км занял бы по времени не менее года, причем его реализация была заведомо трудновыполнимым и рискованным делом, хотя бы уже потому, что маршрут должен был пройти через либо политически нестабильные районы Афганистана или Пакистана, либо через труднопроходимые зимой перевалы высокогорного Памира. По этим и другим причинам проект не был реализован. Тем не менее, несмотря на необычность и даже экзотичность самого предложения, джайнские бизнесмены выражали готовность вложить в финансирование этого мероприятия значительные средства.

Отметим также, что, несмотря на упоминавшийся запрет на использование современного транспорта джайнскими монахами-аскетами, в Москву на XXXVII Международный конгресс востоковедов прибыло в 2004 г. несколько представителей этой монашеской общины, которые получили специальные разрешения путешествовать за границу.

На протяжении многих веков их монашеская община считалась замкнутой и архаичной. Присутствие на конгрессе востоковедов монахов-джайнов и упомянутая попытка организации марша в Россию явно свидетельствуют о том, что в среде джайнов происходят качественно новые изменения.

С поиска ответа на этот вопрос: что именно нового происходит и почему — начались в 2006 г. мои полевые наблюдения в Индии[1].

Немного предыстории.

В академической науке основателем джайнизма считают духовного учителя Вардхаману, жившего в VI в. до н.э. После двенадцати лет отшельничества и достижения им состояния кевалы (букв, «высшего знания и освобождения от земного») он получил от своих последователей титулы Джина («Победитель») и Махавира («Великий герой»). В основе джайнской доктрины лежит представление о существовании души (дживы) во всех живых существах, и даже в каждой частичке земли, воды, воздуха и огня. В связи с этим особое значение придается идее ненасилия (принципу ахимсы).

В древности и средние века джайнизм был широко распространенной религией в разных областях Индии, пользовался покровительством властей и играл заметную роль в развитии индийской культуры.

Примерно с XII в. влияние древней традиции стало ослабевать по мере возвышения в Индии шиваизма и вишнуизма[3]. В последующие века происходило постепенное обращение джайнов в индуизм, и численность общины сильно уменьшилась. Джайнские аскеты уже не так усердно следовали канону, не проявляли прежнего энтузиазма в проповедничестве и прозелитизме[4]. Мало-помалу джайнизм вобрал в себя многие обычаи индуизма и воспринял его кастовую систему.

Серьезные опасения по поводу неуклонного снижения численности джайнской общины ее руководители стали высказывать на рубеже XIX-XX вв. Они признали, что кастовость, низкий уровень образования духовных учителей, консерватизм и сектантство привели к упадку джайнизма. Осознавалась необходимость преобразований, способных предотвратить дальнейшую деградацию общины.

С 1893 г. джайны начали проводиться ежегодные конференции, на которых поднимались вопросы усиления общины, ослабленной догматическими и социальными разделениями, предотвращения выхода из нее верующих, говорилось о необходимости получения религиозными учителями современного образования. Ряд социально-религиозных движений, возникших в тот период в джайнской общине, выступали за запрещение детских браков, улучшение положения женщин. Рассматривался вопрос о запрете посвящать в монахи-аскеты несовершеннолетних детей, не способных еще принять самостоятельного решения относительно своего будущего. Начал осуществляться также перевод священных текстов джайнов на местные, а позже и европейские языки.

Ортодоксы, не желавшие открывать доступ к манускриптам, выступали против преобразований. Но постепенно, в связи с тем, что последователи индуизма начали печатать свои священные писания, консервативное движение в джайнизме также постепенно пошло на убыль, стала развиваться издательская деятельность.

Во второй половине XX в. увеличился поток мигрантов-джайнов за пределы Индии. Наиболее многочисленные джайнские общины находятся в настоящее время в Северной Америке, Великобритании и Восточной Африке.

Джайнская диаспора отмечает, что в новых условиях джайнам тяжело сохранять традиционные ценности. Усвоив западные нормы, многие женщины в джайнских семьях стали работать наравне с мужчинами. Религиозные обычаи общины соблюдаются уже не столь строго. У молодых людей недостаточно возможностей для получения религиозного образования.

Подобные тенденции вызывают тревогу руководителей джайнской диаспоры, заинтересованных в сохранении традиционных норм. С 80-х гг. ими стали создаваться центры и ассоциации, которые пропагандируют джайнские ценности и осуществляют координаторскую деятельность, ведут переговоры о создании международного секретариата и единой инфраструктуры для продвижения идей джайнизма по всему миру.

Джайны, проживающие за границей, лишены духовного водительства, так как аскеты за редким исключением не покидают пределы родины. Между тем, на протяжении всей истории именно тесное взаимодействие монахов и мирян было одним из главных факторов, сохранявших джайнизм. Поэтому сегодня джайнами активно обсуждается вопрос создания монашеской общины в ее обновленной форме, способной существовать за рубежом.

Реформаторы джайнизма.

Монахи тоже не стоят в стороне от проблем адаптации джайнизма к современным условиям и предлагают свои варианты их решения. В последние десятилетия наибольший интерес в этом отношении вызывает деятельность монашеской общины терапантх. Именно приверженцы этой традиции выступили инициаторами марша и присутствовали на Международном конгрессе востоковедов в Москве.

Община терапантх была основана в 1760 г. монахом Бхикшу, считавшим, что поведение аскетов стало расходиться с каноническими правилами. Он выступил за более строгое следование древним предписаниям, его поддержали 13 монахов и 13 мирян (отсюда название этой традиции — тера — значит тринадцать, пантх — путь, группа). Отличительные особенности течения терапантх заключаются в том, что его последователи не поклоняются священным изображениям первоучителей-тиртханкаров. Община (около 500 тыс. мирян и 700 аскетов) находится под водительством только одного ачарьи (духовного лидера), имеет четкую организацию, строгую дисциплину, наиболее тщательно соблюдает аскезу.

Последователи терапантх разделяют свою историю на три периода. Первый (1760-1851 гг.) — это время руководства первых трех духовных учителей, когда постепенно начался рост численности последователей и выработался устав терапантх. Во втором периоде (1851-1936) больше внимания уделялось вопросам управления и организации общины. Тогда же были сделаны первые шаги в направлении совершенствования образования (в частности, обсуждался вопрос об углублении образования монахинь, которому прежде не уделялось должного внимания по сравнению с образованием монахов-мужчин). Третий период начался с 1936 г. и продолжается по сей день. Это время лидерства ачарьи Тулси (1914-1997) и сменившего его ачарьи Махапрагьи (род. 1920). С их руководством связаны наиболее значительные трансформации в жизни джайнов толка терапантх.

Первым преобразовательным шагом ачарьи Тулси было создание в 1949 г. религиозного учебного института. В нем стали обучать мумукшу (букв, «тот, кто свободен от желаний») — претендентов на посвящение в монашество. Ранее специальной системы подготовки кандидатов в монахи не было.

Необходимо отметить, что реформы Тулси начинались в первые годы обретения Индией независимости. Атмосфера того времени — свобода мысли, осознание новых возможностей, и в то же время обострение существующих национальных проблем, — вдохновила лидера терапантх направить усилия на распространение джайнских ценностей в целях «нравственной трансформации человечества».

В 1949 г. он основал общественное движение Аниврат (букв, «малые обеты»), объединяющее людей независимо от касты, веры, национальности и ставящее целью нравственное оздоровление общества через следование моральным правилам в поведении. Странствуя по Индии со своими последователями, Тулси учил, что нравственное поведение важнее соблюдения религиозных ритуалов, что духовная этика, формирующая универсальное мировоззрение, выше сектантских догм, что религиозные предписания следует соблюдать не для достижения счастья в будущей жизни, а необходимо связывать их с решением сегодняшних проблем[5]. В 1993 г. Тулси стал лауреатом премии имени Индиры Ганди за содействие национальному прогрессу.

Миряне, монахи, самани…

До середины XX в. влияние терапантх ограничивалось штатом Раджастхан. Тулси расширил это влияние на значительную часть Индии, а также Непал и Бутан.

В 1980 г. ачарья Тулси решился на установление ряда неканонических правил, в рамках которых объявил о создании в рамках общины новой категории — саман[6]. Эта категория адептов джайнизма имеет некоторые признаки духовного ордена и занимает промежуточное положение между монахами и мирянами. Правила поведения, установленные для них, менее строгие, чем для монахов-аскетов. Им позволяются поездки за границу, пользование транспортом, деньгами, средствами коммуникации. Саманам разрешается при необходимости жить в одном месте продолжительное время, совершать поездки в ночное время. Все эти действия традиционно запрещены аскетам.

Идея создания подобной категории последователей джайнизма возникла давно, более тридцати лет назад. Но, видимо, обсуждение велось только на высшем уровне иерархии, поскольку до момента принятия Шри Тулси решения большинство членов религиозной общины о нем не знало, и сразу после его объявления среди них не было ясного понимания идеи. Между тем ачарья Тулси предсказывал: «Это событие будет воистину знаменательным, но лишь время покажет его истинное значение»[7].

Категория саман является следующей ступенькой после категории мумукшу, кандидатов в посвящение. Причем первоначально подразумевалось существование как саманов-братьев, так и самани-сестер. Однако так сложилось, что первыми членами «ордена саман» стали несколько девушек, посвященных из мумукшу. В настоящее время их численность возросла уже до ста с лишним человек, но первоначальная тенденция осталась прежней: членами нового ордена становятся сегодня только девушки (самани). Мужчинам же, поскольку их в монашеской общине гораздо меньше, делается исключение и предоставляется право посвящения сразу в монахи (после соответствующей подготовки). Сразу в монахини принимают также вдов и пожилых женщин.

Перед тем как пройти посвящение в самани мумукшу, обучаясь в течение 5-7 лет, получают светское и религиозное образование. Во время обучения они практикуют обет целомудрия, пост два раза в месяц, исполняют религиозные ритуалы в дни полнолуния и новолуния. Им не разрешается покидать без разрешения свое место проживания, а количество их свиданий с родственниками ограничено.

Наряду с древними языками — пракритом и санскритом, мумукшу изучают современные языки: хинди, гуджарати, а также английский. С учетом индивидуальных способностей и потребностей иногда для частных уроков со стороны приглашаются преподаватели: пения, живописи, литературы. Во время обучения определяется степень готовности мумукшу к аскетической жизни.

Пройдя посвящение, самани подразделяются на группы, в каждой — не менее четырех человек. В поездки, как правило, они отправляются парами (как в целях безопасности, так и для контроля за поведением друг друга). Так же, как и монахи-аскеты, самани все время странствуют (направление их передвижения определяет ачарья), но два месяца в году они собираются и живут все в одном месте. Чаще всего этим местом оказывается небольшой городок Ладну в штате Раджастхан. Там расположен основанный в 1970 г. джайнский институт (с 1991 г. он получил статус университета), открытый для всех членов общины, и не только джайнов.

Хотя джайны толка терапантх не имеют монастырей и постоянного места жительства, территорию университета можно назвать «домом» для самани и своего рода общим информационным центром джайнов. Помимо университета здесь расположены колледж, аюрведический центр, центр обучения медитации и йоге, библиотека, содержащая более 50 тыс. книг и древних манускриптов, художественная галерея. В пустынном Раджастхане эта территория с красивыми корпусами среди деревьев и цветов выглядит как оазис.

Однако студентов здесь немного, так как занятия джайнологией не сулят в будущем высокого заработка. Молодежь стремится в большие города. Трудно решаемой проблемой остается сознательное приятие молодыми людьми самодисциплины и духовных ценностей, проповедуемых джайнизмом, тем более что многие преподаватели с консервативными взглядами не склонны искать новых подходов к обучению. Тем не менее, университет играет большую роль в образовании джайнского монашества.

Для членов общины всех категорий (аскетов, мирян и самани) установлены свои ритуалы посвящения (дикша). Ритуал посвящения для самани был разработан лично ачарьей Тулси.

Существует два вида дикши: временная и пожизненная. Первый вид предлагает практически любому человеку на определенный срок приобщиться к духовной жизни джайнов[8]. Этот непродолжительный ритуал включает смену одежды, принятие правил поведения самани и обета воздержания от насилия.

Вступление в орден саман на всю жизнь — это, напротив, большое и торжественное событие. Проходить посвящение могут одновременно несколько человек. На церемонию обычно съезжаются многочисленные родственники, число зрителей достигает порой несколько тысяч человек. Кандидатам необходимо предоставить ачарье письменное согласие родственников, которое зачитывается в начале церемонии, после чего ачарья дает свое благословение.

Обязательными элементами дикши является стрижка волос в знак отречения от мирского (затем волосы стригут дважды в год) и смена одежды. Белые одежды для самани и для аскетов почти одинаковы, только первые дополнительно надевают белую куртку. В отличие от аскетов, самани не используют метелку и не обязаны постоянно носить маску[9]. Они просто носят с собой платок, который держат во время разговора у рта.

Так же, как и аскеты, самани следуют пяти основным заповедям основателя джайнизма Махавиры — ненасилию и почитанию всего живого, правдивости, воздержанности от воровства, целомудрию, непривязанности ко всему мирскому. Исполнение заповеди непричинения вреда даже самым малым живым существам требует проявлять бдительность во время ходьбы, разговора, принятия пищи, и даже при отправлении естественных надобностей.

Жизнь самани регулируется специальными правилами. Они были составлены в 1991 г. ачарьей Тулси. Эти правила не являются каноническими и, в отличие от последних, могут адаптироваться к изменяющимся условиям. Однако основополагающие принципы остаются неизменными. В частности, неизменен принцип единого руководства ачарьи, который лично принимает все важные решения и сам выбирает себе преемника. Правила содержат очень большое количество ограничений, связанных с употреблением определенных видов пищи, пользованием благами цивилизации, что должно способствовать достижению главной цели джайнизма — освобождению души от «кармической материи».

Правила, касающиеся монашеского быта, также не являются раз и навсегда незыблемо установленными. В своих дневниках, которые монахи и самани приучены вести, они, помимо прочего, регулярно отмечают проблемы или неудобства, возникающие в связи с какими-либо новыми жизненными обстоятельствами. Позже, по итогам совместных обсуждений этих наблюдений и дневниковых записей принимаются изменения и добавления к существующим нормам и положениям[10].

Характерно, что последние инновации касаются в большинстве своем, различных послаблений и снятия ряда ограничений. Например, снят запрет на сон в течение дня, теперь после приема пищи можно полчаса отдохнуть; разрешен утренний чай (ранее запрещалось вообще употребление чая и кофе как содержащих токсиканты). В связи с большой занятостью обучением и частыми поездками, самани в некоторых случаях могут уменьшить время медитации с 45 минут до 30. Среди таких утративших силу правил есть и запрет фотографироваться, но в настоящее время оно уже не соблюдается. Напротив, как мог судить автор, и аскеты и самани фотографируются сегодня весьма охотно, более того, порой огорчаются, если получились на снимках не совсем удачно.

Помимо изучения языков и самой джайнологии, самани осваивают программы социально-религиозной деятельности, направленной на реализацию идей джайнизма. Две основные из них — это прекша медитация и особая система детского образования — «Наука жизни».

Медитация — важная часть духовной практики, как аскетов, так и мирян. Система прекша дхьян («концентрация на восприятии»), разработанная нынешним руководителем течения терапантх Махапрагьей считается среди джайнов разного толка одной из наиболее серьезных практик. Призывы к соблюдению принципов ненасилия и нравственности должны сопровождаться эффективным инструментом, побуждающим заниматься самонаблюдением. Именно таким инструментом и считается прекша дхьян.

Практичные джайны-миряне, коммерциализировав практику медитации, создали большое количество центров по подготовке инструкторов этой системы. Оздоровительные курсы на основе практики прекша дхьян довольно эффективны в лечении сердечных заболеваний, диабета, астмы и высокого артериального давления. Несколько подобных центров организовано, помимо Индии, в Америке и Англии. В последнее время предпринимаются попытки организовать прекша-центры также и в России.

Адаптация практики прекша для детей создала дисциплину «Наука жизни». Эта синтетическая программа, в которой суммируются знания анатомии, психологии, биохимии, социологии, йоги и философии, апробируется ныне в общеобразовательных школах нескольких штатов Индии, а в штате Раджастхан утверждена официально министерством образования.

Надо отметить, что джайнские духовные лидеры определяют джайнизм как духовную концепцию, значимую для всего человечества. Ачарья Махапрагья прямо писал, что среди джайнов «уже обсуждался вопрос представления джайнской доктрины на мировой арене, и в будущем необходимо развернуть хорошо продуманные программы для реализации этого»[11]. Скорее всего, социально-религиозные программы и являются частью более широкого плана по распространению джайнизма. В настоящее время самани регулярно посещают около 40 стран, пропагандируя этические принципы, обучая «Науке жизни», организуя различного рода конференции, семинары, «тренинги ненасилия», лагеря медитации.

Таким образом, самани — это и посредники между аскетами и внешним миром, и опора для джайнов, живущих за границей. Есть случаи, когда монахи других джайнских течений порывают с аскетизмом, приезжают за границу и организовывают там собственные центры. В Индии их часто осуждают, так как формально они являются нарушителями традиции. Самани, обладающие духовным знанием и сведущие в современных науках, поведение которых узаконено, напротив, пользуются уважением.

Сосредоточенные на идее освобождения, отрешения от бренного мира, соблюдающие жесткие правила, самани отнюдь не выглядят сухими, строгими и отчужденными. Их приветливое отношение к иностранцам можно, конечно, объяснить стремлением расположить к себе, заинтересовать своей традицией, но все же их искренность, доброжелательность, стремление во всем помочь показались автору неподдельными.

На фоне привычной уже для меня скудной обстановки жилых комнат самани — низенькие столы-парты с книгами, несколько сосудов для еды и питья и подстилки из плотного картона, на которых и сидят, и спят — удивительным оказалось увидеть вдруг плейер, карманный компьютерный переводчик и газету с кроссвордами. Впрочем, вещи эти принадлежали самани Мангалпрагья, которая имеет статус заместителя главы всех самани и руководит их международной деятельностью.

Сегодня у джайнов даже во время важнейших ритуалов, требующих сосредоточенности, устремленности и коллективного исполнения определенных движений, допускается известная свобода: разрешается сменить позу, если чувствуется неудобство и даже отлучиться в туалет при необходимости. Подобные отступления не воспринимаются как пренебрежение, а свидетельствуют о постепенном отходе от крайностей в образе жизни, от догматического отношения к организационным правилам. Гибкость, естественность поведения при соблюдении дисциплины и высоких этических норм, вера и преданность учению Махавиры, сочетание религиозного и светского образования, широкий взгляд на мир благодаря зарубежным поездкам — такие качества хотелось бы выделить, обобщая образ самани.

Новые формы деятельности, решение проблемы образования, численности общины, ее престижа стали возможны во многом благодаря созданию ордена саман — промежуточной ступени полумирян-полуаскетов. Таким образом, время действительно доказывает прозорливость слов Шри Тулси о постепенном возрастании значения этого нововведения.

Расширяя границы.

В настоящее время ачарья Махапрагья развивает направления деятельности, начатые Тулси, активно участвует в религиозной и социальной жизни Индии. С 2001 г. он возглавляет ахимси ятра — маршы ненасилия. Подобные маршы — обязательные для монахов странствия, которые, в отличие от предыдущих десятилетий, сопровождаются теперь довольно широкой рекламой. Во время их проведения особое внимание уделяется пропаганде ненасилия и других фундаментальных принципов джайнизма. Задерживаясь по нескольку дней в каждом селении на пути марша, ачарья Махапрагья вместе со своими последователями проводят встречи с мирянами, семинары, медитации для населения.

Ахимса ятра, проведенная в 2002 г. в Гуджарате, сыграла позитивную роль в ослаблении внутриполитической напряженности в этом штате, после того, как там произошли столкновения между индусами и мусульманами. В том же 2002 г. деятельность Махапрагья была отмечена премией имени Индиры Ганди, и вызвала одобрение не только индийских лидеров. Так, президент Пакистана Первез Мушарраф дал высокую оценку миссии ачарьи, и выразил надежду, что ахимса ятра придет в Пакистан и будет способствовать там созданию атмосферы мира и гармонии[12].

В октябре 2003 г. по инициативе ачарьи Махапрагья пятнадцать духовных лидеров разных конфессий подписали в присутствии президента Индии Абдула Калама Суратскую духовную декларацию (Surat Spiritual Declaration)[13]. Эта декларация, признавая важность развития экономики, науки и технологии, подчеркивает важность духовного развития для решения национальных проблем.

В Декларации намечены пять основных проектов: 1. Проведение межрелигиозных фестивалей. 2. Совместные религиозные проекты. 3. Обучение в атмосфере единства религий. 4. Межконфессиональный диалог. 5. Создание национальных независимых организаций, возглавляемых религиозными и духовными лидерами, а также учеными и просветителями.

Для поддержки и координации этой деятельности в июне 2004 г. был создан «Фонд Единения религий и просвещенного гражданства» («Foundation for Unity of Religions and Enlightened Citizenship»).

В начале XX в. далеко не все книги по джайнизму даже упоминали общину терапантх в числе многочисленных религиозных течений. Еще 50 лет назад община считалась малозначительной, замкнутой и отсталой. Сегодня, по словам видного ученого и общественного деятеля современной Индии Карана Сингха, ачарья Махапрагья является одним из крупнейших религиозных лидеров Индии. Его социальные и религиозные проекты находят поддержку в правящих кругах.

Одна из причин успешной деятельности и возрастающей популярности терапантх, лежит, на наш взгляд, в строгом следовании принципу лидерства одного ачарьи. В других джайнских традициях сосуществуют множество групп, порой очень мелких, каждая — во главе со своим наставником. Проблема раздробленности и отсутствия единого управления среди джайнов, была и остается, несмотря на неоднократные попытки достигнуть согласия в этом вопросе. На этом фоне централизованная, четко организованная община терапантх демонстрирует способность джайнов адаптироваться к меняющимся условиям современности.

Из традиционных религий Индии джайнизм, пожалуй, дольше остальных сохранял свой архаический облик, не отличался заметной социальной активностью и явными тенденциями к прозелитизму. Тем не менее, современные тенденции модернизации и глобализации затронули и традиционно консервативный джайнизм. Это проявилось, в частности, в уменьшении роли обрядности в жизни общины, в повышении значения социального служения, в стремлении освободиться от узкоконфессионального контекста, в преодолении национальных границ.

Усилия джайнов направлены сегодня на признание джайнизма мировой религией. Ими при этом особо подчеркивается этическая сторона учения; оно пропагандируется не как религиозная система, а, скорее, как некий универсальный духовный образ жизни. Не умаляя искренности нравственных устремлений джайнских последователей, хочется заметить, что, вписывая себя в глобальное пространство, они, конечно же, преследуют и вполне земные интересы.

Глобализация, как известно, ведет к размыванию границ идентичности. Однако это, как ни странно, до некоторой степени отвечает принципам джайнизма, по крайней мере, вполне вписывается в современный его контекст. Утверждая себя в качестве носителей универсальных, значимых для всех идей и ценностей, реализуя свой духовный потенциал в конкретном социуме, адепты джайнизма сохраняют, укрепляют и расширяют собственные позиции, свое влияние на общество. И хотя марш мира, о котором мы упомянули в начале статьи, не состоялся, «марш» джайнизма по миру уже начался.

Источник: Келим Л. Индия. Джайны приспосабливаются к глобализации. // Азия и Африка сегодня, №1. М.: Наука, 2008. С. 66-71.

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. Занятия джайнов-мирян военным делом не противоречат, как может показаться, идеалу ненасилия. Доктрина ненасилия допускает необходимую оборону своей страны и признает, что некоторая степень нанесения вреда неизбежна для мирян. Полное отвержение насилия является обязательным только для аскетов.
  2. Джайнизм попал в поле зрения академических ученых более 120 лет назад, но все еще остается малоизученным. Эта религия стала самостоятельной областью научного исследования с издания в 1884 г. книги «Jaina Sutras» немецким востоковедом Г.Якоби. Пионерами в изучении джайнизма были Х.Колебрук, А.Вебер, Э.Леуман. В XX в. наиболее крупными стали работы Дж.Л.Джайни, Г. фон Глазенаппа, Н.Татиа, В.Сангейва, В.Шубринга, С.Дасгупты, А.К.Чаттерджи и др. Несмотря на достаточное число серьезных работ по изучению джайнской доктрины и философии, их значительно меньше, чем работ по буддизму и индуизму. Еще меньше исследований по джайнизму в отечественном востоковедении. Среди российских работ следует назвать монографию Н.Р.Гусевой «Джайнизм», изданную в 1968 г. Религиозно-философским аспектам джайнизма посвящены труды А.А.Терентьева, В.К.Шохина, Н.А.Железновой, А.А.Ткачевой. С 80-х гг. XX века европейские и американские джайнологи сместили фокус своих исследований из области филологии, археологии, искусства на изучение современных тенденций развития джайнской традиции, используя методы социальной и культурной антропологии. В этом направлении работают Д.Корт, Л.Бабб, Ф.Гранофф, П.Барселович, Н.Балбир, П.Флюгель и др. К сожалению, большинство их работ труднодоступно. В России на сегодняшний день исследования современного состояния джайнской общины, насколько известно автору, не проводятся.
  3. Вишнуизм, шиваизм — течения в индуизме.
  4. Активная религиозно-пропагандистская деятельность, направленная на привлечение новых адептов.
  5. Yuvacharya Mahapragya. Acharya Tulsi. A Peacemaker par Excellence. Ladnun, Jain Vishva Bharati, 2000.
  6. Пракритское (производное от санскритского) слово саман, означающее «подвижник», самими джайнами поясняется как «имеющий усердие, сохраняющий равновесие и общающийся с каждым на равных».
  7. Acharya Mahapragya. Steering the wheel of dhamma (A Biography of Acharya Sri Tulsi). Ladnun, Jain Vishva Bharati, 1994, p. 261.
  8. Вход в орден саман открыт также и иностранцам. Глава самани Акшайпрагья рассказала автору о нескольких временно обращенных (на месяц-полгода) из Германии, Японии, Америки, Голландии. В зависимости от потребностей они стремятся развить волю, дисциплину или избавиться от заболеваний, раскрыть творческие способности. В общем, для них временная дикша — это возможность пройти определенную практику для своего внутреннего развития, а для джайнов — дополнительный шанс привлечения новых последователей.
  9. Маска, прикрывающая рот, и метелка, которой монахи-аскеты метут землю перед собой, чтобы не наступить на какое-нибудь насекомое, — характерные атрибуты джайнских монахов, связанные с идеей непричинения вреда ничему живому, даже мельчайшим организмам
  10. Окончательный вердикт о вступлении этих изменений в силу выносит, конечно, ачарья.
  11. Acharya Mahapragya. Steering the wheel of dhamma …, p. 185.
  12. http://www.jainology.org/viewindex.asp?article_id=News_MusharafAcharya
  13. urat Spiritual Declaration. Ladnun, Jain Vishva Bharati, 2003.
Copyright © 2019 ДЖАЙНОЛОГИЯ.РУ